InfoHub Logo

Новая налоговая реформа в Казахстане привела к серьезным трудностям для малого и среднего бизнеса (МСБ), вызвав обеспокоенность среди предпринимателей. Несмотря на заявления министра Серика Жумангарина о том, что массовое закрытие «неработающих» бизнесов является естественным процессом, эксперты предупреждают о негативных последствиях для экономики страны.

«Неработающий бизнес» или основа экономики?

Заявление министра экономики Серика Жумангарина о том, что закрытие индивидуальных предпринимателей (ИП) в начале года является «естественным процессом», вызвало удивление. По его словам, большинство закрывшихся предприятий – это неактивный бизнес без доходов и сотрудников. Однако многие предприниматели не согласны с такой оценкой.

Данные Нацбанка и жалобы предпринимателей

Согласно последнему опросу Национального банка, более 38% предпринимателей назвали высокие налоги главной проблемой. Елена Бахмутова, глава Ассоциации финансистов Казахстана, отмечает, что в развитых экономиках закрытие одних бизнесов стимулирует открытие новых, чего не наблюдается в Казахстане. Многие предприниматели вынуждены переходить в «спящий режим» или объявлять о банкротстве из-за экономических трудностей.

Мнения экспертов

Экономист Арман Бейсембаев считает, что слова министра лишь частично отражают реальность. Многие малые компании не смогли адаптироваться к новым налоговым нормам и покинули рынок. Особенно пострадали те, кто ранее пользовался упрощенной системой налогообложения и лишился возможности учитывать расходы по B2B операциям. Теперь они вынуждены платить налоги с увеличенной ставкой, не имея возможности списать затраты на аренду или закупку товаров.

Другой экономист, Марат Абдурахманов, оценивает закрытие около 50 тысяч действующих ИП в первом квартале как прямое следствие налоговой реформы. По его мнению, новый Налоговый кодекс не содержит механизмов, стимулирующих предпринимательскую активность.

«Тройной удар» по бизнесу

К 2026 году малый и средний бизнес (МСБ) столкнулся с давлением нескольких факторов. Во-первых, фискальная реформа увеличила налоговую нагрузку и снизила рентабельность. Во-вторых, в соответствии с реформами в банковском секторе, банки обязаны платить 25% корпоративного подоходного налога (КПН) за выдачу кредитов клиентам. В-третьих, Национальный банк ужесточил пруденциальные норматы, ограничивая потребительское кредитование. Это снизило покупательную способность населения и, соответственно, спрос на продукцию малого бизнеса.

Кроме того, сокращение государственных расходов также негативно сказывается на экономике. Совокупность этих факторов создала ситуацию «идеального шторма» для малого бизнеса.

Цепная реакция

Директор Центра исследований Центральной Азии Куат Домбай оспаривает мнение Серика Жумангарина о «естественном процессе» массового закрытия ИП, отмечая, что закрытие более 80 тысяч ИП в первом квартале нельзя считать таковым. Эта ситуация выходит за рамки чисто экономических проблем, становясь социальной. Закрытие одного ИП влияет на судьбы семей и сотрудников, что может привести к росту социальной напряженности.

Кто тонет, а кто выплывает?

Главной жертвой «идеального шторма» стала торговая отрасль, где закрылось наибольшее количество малых компаний из-за запрета на учет расходов. Бизнес столкнулся с резким ростом налоговой нагрузки и падением рентабельности. Сфера услуг также пострадала, хотя и в меньшей степени. В строительстве также закрылось много малых организаций. Подрядчики крупных предприятий и торговых сетей, особенно работавшие по упрощенной системе налогообложения, сильно пострадали от реформы.

Некоторые виды бизнеса, такие как аренда складов, пережили этот «шторм» благодаря дефициту площадей и стабильному спросу. Регионы, ориентированные на нефтедобычу, также справились лучше. Алматы, где сконцентрирована большая часть малого бизнеса, пострадал сильнее всего.

Кому это выгодно?

Основным результатом «идеального шторма» стало перераспределение доходов внутри страны не в пользу нуждающихся. Изменения в экономике выгодны крупному бизнесу, в то время как малый бизнес отстает. Это приводит к снижению занятости и негативно сказывается на благосостоянии населения.

Еще одним следствием закрытия малых компаний является снижение реальной заработной платы. С одной стороны, МСБ сокращает или замораживает фонд оплаты труда для покрытия налоговой нагрузки. С другой стороны, закрывающиеся компании вынуждают сотрудников искать новую работу, увеличивая предложение на рынке труда. При увеличении числа кандидатов на вакантные места, работодатели получают возможность снижать зарплаты.

Стала ли реформа «минусом»?

Увеличились ли поступления в бюджет в результате налоговой реформы? Пока это лишь предположения. 1 июня Министерство финансов представит отчет о доходах бюджета, по которому можно будет сделать первые выводы. Прогнозы экономистов скептичны.

По предварительным расчетам, рост НДС пока не оправдал себя: в бюджет может поступить меньше средств по НДС. По мнению Марата Абдурахманова, сборы НДС снизятся на 1-2%, а основное падение придется на третий квартал.

Куат Домбай предупреждает, что, несмотря на рост цен на нефть из-за ситуации в Иране, Министерство национальной экономики РК может допустить ошибки. Добыча нефти в стране снизилась, потребительская активность упала, розничная торговля замедлилась. Это приведет к снижению экономического роста.

По предварительным прогнозам экономистов, начиная с августа, выживший бизнес начнет повышать цены из-за накопленных расходов. Это подстегнет инфляцию, и к сентябрю все казахстанцы почувствуют последствия в своих кошельках. К концу года возможна еще одна волна массовых закрытий бизнеса, особенно в сфере торговли.

Расширение государственной поддержки малого бизнеса могло бы стать спасением. Например, радикальное упрощение доступа к кредитам и постепенное снижение базовой ставки. Однако пока создается впечатление, что власть оставляет МСБ один на один с реальностью. К чему приведет такой экономический социальный дарвинизм, мы увидим к концу года.

Об этом сообщает информационное агентство Infohub.kz.