Дочь Дюйсетая Бекежанова, долгие годы бывшего первым помощником Динмухамеда Конаева, опубликовала пространную запись, касающуюся ареста и загадочной смерти своего отца. Наиболее примечательный момент — за несколько дней до смерти Бекежанов готовился к личной встрече с Нурсултаном Назарбаевым, сообщает сайт infohub.kz.

По словам дочери, ее отец должен был быть принят Назарбаевым по личной просьбе. В то время Дюйсетай Бекежанов, занимавший должность помощника президента, по телефону обсуждал с Нуртаем Абикаевым дату и время встречи. Однако запланированная встреча не состоялась: вскоре Бекежанов скончался.

Согласно официальному заключению, причиной смерти стал обширный инфаркт. Однако семья утверждает, что при прощании с телом заметила «признаки отравления». Дочь пишет, что отец знал множество тайн и был неудобен для ряда влиятельных лиц. Это версия семьи, не подтвержденная официальным расследованием.

В записи также упоминается, что после смерти отца на соболезнования пришел один из близких соратников Назарбаева. Этот человек якобы посоветовал родственникам Бекежанова «не поднимать шум» и не возобновлять дело. Дочь восприняла это как предупреждение сверху.

Дюйсетай Бекежанов проработал рядом с Конаевым 22 года, будучи его первым помощником и «правой рукой». Сам Конаев оценивал наказание Бекежанова и Асанбая Аскарова как несправедливое, говоря: «Оба они страдают за меня».

Бекежанов был уведен с рабочего места 17 марта 1987 года, а затем осужден на восемь лет по обвинениям в превышении служебных полномочий и получении взятки. По словам семьи, одно из обвинений касалось двух детских кроватей и двух школьных парт, купленных за собственные деньги на выставке в Алматы.

Он вышел на свободу в 1990 году, но спустя восемь месяцев, 31 августа 1991 года, скончался. Теперь его дочь поднимает открытые вопросы: какой именно вопрос отец собирался обсудить с Назарбаевым и кому эта встреча была невыгодна.

На данный момент представители Нурсултана Назарбаева и другие упомянутые в записи лица не прокомментировали эти заявления. Поэтому утверждения об отравлении и препятствовании встрече следует рассматривать не как доказанный исторический факт, а как версию, обнародованную семьей покойного.